Дмитрий васильевич григорович творческая деятельность которого началась. Григорович Дмитрий Васильевич: биография, творчество, годы жизни, фото


Родился 19 (31) марта 1822 года в селе Черемшан (Никольское) Ставропольского уезда Симбирской губернии.
Его отец был помещиком, отставным гусаром, и служил управляющим имением матери писателяВ. А. Соллогуба. Мать - француженка, Сидония де Вармон (Сидония Петровна), дочь погибшего нагильотине во время террора роялиста де Вармона. Григорович рано лишился отца, устроившего семью вКаширском уезде Тульской губернии, и вырос на руках матери и бабушки, которые дали ему французское воспитание. Будучи наполовину французом, Григорович в ранней молодости недостаточно хорошо владел русским языком, долго говорил с французским акцентом. В 8 лет его отвезли в Москву, где он пробыл около 3 лет во французском пансионе «Монигетти», по окончании которого в 1836 поступил в Санкт-Петербургское инженерное училище, где проучился до 1840 года и познакомился с Ф. М. Достоевским. Не имея склонности к точным наукам, позже перевёлся в Академию художеств. Здесь он довольно близко познакомился сТарасом Шевченко.
В 1858-1859 годах Григорович по поручению морского министерства совершил путешествие вокруг Европы и описал его в ряде очерков, носящих общее заглавие «Корабль Ретвизан».
Скончался 22 декабря 1899 (3 января 1900)(по другим сведениям 26 декабря) в Петербурге.
Первые литературные опыты Григоровича - рассказы «Собачка», «Театральная карета», напечатанные в «Литературных прибавлениях к „Русскому инвалиду“», были очень слабы в художественном отношении. Около 1841 году он познакомился с Некрасовым, в то время издававшим различные сборники: юмористический альманах «Первое апреля», где появилось коллективное произведение трёх авторов: Григоровича, Достоевского и Некрасова «Как опасно предаваться честолюбивым снам» и его самостоятельное произведение «Штука полотна» (1846); «Физиология Петербурга», где был напечатан физиологический очерк «Петербургские шарманщики» (1845), которым он обратил на себя внимание Белинского. Григорович также публиковал небольшие очерки в «Литературной газете» и театральные фельетоны в «Северной пчеле».
В сущности, мало и плохо зная быт крестьянства, под влиянием кружка Бекетовых, в неполные 23 года он взялся за большую повесть, и в конце 1846 года в «Отечественных Записках» была напечатана «Деревня», сразу давшая Григоровичу литературное имя, а в 1847 году в «Современнике» - знаменитый «Антон-Горемыка». «По прочтении этой трогательной повести, - говорил Белинский, - в голове читателя поневоле теснятся мысли грустные и важные». Григорович первый посвятил большую повесть ежедневному быту самого серого простонародья - не того, «лубошного», а народа во всей его неприглядности. Жизненность, с которой в «Деревне» обрисован народный быт, была так необычна для того времени, что славянофилы, любившие народ только в прославлениях его величавости, усмотрели в повести Григоровича унижение народа.
Затем последовал ряд небольших повестей из столичной жизни.
В начале 1860-х годов, когда в редакции «Современника» произошёл раскол между группой писателей-дворян и молодыми радикальными разночинцами, Григорович поддержал с первую группу и покинул журнал. Чернышевскийв своей статье «Не начало ли перемены?» подверг резкой критике Тургенева и Григоровича. По мнению современников, с тех пор Григорович к Чернышевскому, лидеру радикалов, относился с ненавистью.
С 1864 года Григорович надолго совершенно замолкает, не находя точек соприкосновения с современностью, и уходит в работу по «Обществу поощрения художеств», деятельным секретарем которого он оставался долгое время. За долголетние труды по обществу Григоровичу были пожалованы чин действительного статского советника и пожизненная пенсия.
В середине 1880-х годов Григорович снова берется за перо и пишет повести «Гуттаперчевый мальчик», «Акробаты благотворительности» и «Воспоминания» (1893).
Положение Григоровича в литературе целиком определяется его повестями «Деревня» и «Антон Горемыка». Их горячо приветствовал Белинский, об их большом значении для своего времени говорили Салтыков, Л. Толстой и др. В этих произведениях Григорович явился основоположником дворянского народничества в литературе. У него значительно больше подлинного мужицкого быта, чем в одновременно выходивших «Записках охотника» Тургенева и у других его предшественников и современников. Крепостной крестьянин показан у Григоровича не только со стороны своей способности к тонким человеческим чувствам, как у Тургенева, но и в своей ежедневной работе, в отношениях к кулаку, в грубой неприглядности своего быта. Сгущение мрачных красок в этих повестях Григоровича способствовало более цельному читательскому впечатлению. «Жаление» крепостного мужика, которым проникнуты повести Григоровича, носит барский характер, что не исключает его искренности. В последующих рассказах и романах из крестьянского быта чувствуется склонность к писанию идиллий, к сентиментальному изображению крестьянских добродетелей. В «Рыбаках» Григорович дает идеальный образ крестьянина, явно определенный классовой позицией автора: для Григоровича здравый смысл крестьянина заключается в«безусловной покорности и полном примирении с скромной долей, определенной провидением». В том же романе, как и в некоторых других своих рассказах, Григорович противопоставил крестьянскому жизненному укладу развивающийся фабричный быт. Он скорбит о разложении и деморализации, вносимых фабрикой в крестьянскую жизнь; типичный фабричный рабочий для Григоровича - совершенно отрицательное явление. Изобилие этнографического элемента в крестьянских произведениях Григоровича - народные обряды, обычаи, суеверия, песни и пр. - характерно для дворянского народничества той поры.
Уже в 1860-е годах мужицкая беллетристика Григоровича стала терять свою актуальность. Чернышевский, в более ранних статьях высоко ставивший его, позже довольно едко отзывался об «Антоне Горемыке». В своих изображениях помещиков (роман «Просёлочные дороги») Григорович был ближе кГоголю, чем, например, к Тургеневу и другим утонченным представителям дворянской культуры, но юмор, на который Григорович претендовал, ему совершенно не удался. Описание столичной жизни у него («Похождения Накатова», «Столичные родственники» и пр.) не имеет никакой цены, мелко в смысле сатиры. В литературной манере Григоровича, с его гуманизмом, сочувственным изображением разных маленьких людей, склонностью к эффектам - много родственного Диккенсу; иногда он доходил до слишком явного подражания английскому юмористу («Просёлочные дороги»). При своей склонности к живописи Григорович отводит очень много места пейзажу - особенно из хорошо ему знакомой приокской полосы. Пейзажи Григоровича, который считался в своё время великим мастером в этой области, содержат очень много деталей, но мало связаны с действием.

Дмитрий Васильевич Григорович - известнейший российский писатель. Его произведения заслуженно относятся к русской классической литературе Золотого века. На протяжении многих лет книги Дмитрия Васильевича Григоровича изучаются в школе по обязательной программе. Каждый любитель литературы знаком с произведениями данного автора.

Краткая биография Дмитрия Васильевича Григоровича

Родился писатель 31 марта 1822 года в Симбирской губернии. Семья, в которой рос Дмитрий Васильевич Григорович, отличалась в обществе своим положением: отец был богатым помещиком, а мать - прекрасной женщиной, имеющей французские корни.

Фото Дмитрия Васильевича Григоровича нельзя найти, поскольку писатель не застал технологического прогресса, однако его портреты представлены в данной статье.

Писатель рано потерял отца. Дмитрия воспитывали мать и бабушка. Они дали ему прекрасное образование. Однако мальчик плохо говорил по-русски, потому что и мама, и бабушка были чистокровными француженками, что сильно повлияло на разговорную речь Григоровича. Постепенно осваивая русский язык, писатель еще очень долгое время говорил с явным французским акцентом.

Образование

Говоря о биографии Дмитрия Васильевича Григоровича, важно отметить, какое образование было у писателя. Когда мальчику исполнилось восемь лет, мать решила отправить его в Москву, где он мог бы учиться во французском пансионе. Решение было принято.

После окончания пансиона Дмитрий Васильевич Григорович уже определился с тем, как он хочет устроить свою жизнь. Писатель переехал в Санкт-Петербург и продолжил свое образование в инженерном училище. Именно там Григорович познакомился с выдающимся писателем - Федором Михайловичем Достоевским.

У Дмитрия не было интереса к точным и естественным наукам, поэтому он решил попробовать свои силы в искусстве. Молодой человек перевелся в Академию художеств, где завел знакомство с еще одним талантливым писателем - Тарасом Шевченко.

Первые шаги

Первые произведения Дмитрия Васильевича Григоровича были очень слабыми, в сравнении с литературным творчеством того времени. Рассказы, которые печатались в литературных журналах («Собачка», «Театральная карета»), не пользовались популярностью. Несмотря на это, Дмитрий не переставал писать, все больше развивая в себе качества настоящего писателя.

Как раз во время своих первых литературных опытов Григорович знакомится с известным крестьянским поэтом Некрасовым. В это время поэт издавал множество сборников, которые пользовались успехом. Именно в одном из таких изданий появилось произведение, которое вышло из-под пера сразу трех писателей: Некрасова, Достоевского и Григоровича. Повесть получила название «Как опасно предаваться честолюбивым снам». В этом издании было напечатано и другое произведение Григоровича - «Штука полотна».

Удачное начало

После триумфа «Штуки полотна» Дмитрий Васильевич написал повесть «Петербургские шарманщики». Этим произведением автор обратил на себя внимание уже известного литературного деятеля - Белинского. В это время Дмитрий Григорович печатался в издательстве, для которого критик писал небольшие очерки.

Становление писателя

Дмитрий Васильевич Григорович был плохо знаком с традициями крестьян. Однако в свои 23 года он был членом литературного кружка Бекетовых, что сильно повлияло на его жизненные установки. Именно это стало толчком для написания масштабного произведения «Деревня». Пройдя через огромную работу, которая познакомила писателя со всеми тонкостями и особенностями крестьянской жизни, Григорович создал свое имя в литературных кругах.

Именно после этого объемного произведения Дмитрия Васильевича приняли в обществе как действительно талантливого писателя. После триумфального романа из-под руки Григоровича выходит произведение «Антон-горемыка». Сам Белинский говорил о повести только положительно, отмечая, какая она трогательная и жизненная одновременно. Однако не всем читателям понравились описания крестьянской бедности: славянофилы, которые принимали только величие простого народа, посчитали это произведение попыткой унизить крестьянский слой общества. Несмотря на такую критику, Дмитрий Васильевич продолжил писать.

Разрыв с известным журналом

В 1860 году произошел раскол в журнале «Современник»: началось противостояние между писателями, происходящими из дворян, и молодыми приверженцами радикальных установок. Григорович, будучи дворянином, поддерживал первых и ушел из издательства.

Известный публицист того времени Чернышевский очень резко высказался в своей статье о творчестве Ивана Тургенева и Дмитрия Григоровича. Существует даже утверждение, что именно с момента написания этой статьи писатель с презрением относился к Чернышевскому, с которым у него когда-то были довольно теплые отношения.

Дальнейшая деятельность

С 1864 года о Дмитрии Васильевиче Григоровиче не было ничего слышно. Писатель будто исчез: больше не было ни новых произведений, ни публикаций. Однако Дмитрий попал в творческий кризис - людские взгляды менялись так быстро, что писатель просто не видел никакой связи с современностью.

Оставив литературную деятельность, он активно содействовал развитию «Общества поощрения художеств». Связано это было с тем, что писатель на протяжении очень долгого времени работал в нем главным секретарем. За долгие годы работы писатель был награжден чином действительного статского советника. Писателю была начислена хорошая пенсия.

Последние годы жизни

Будучи уже на пенсии, писатель написал повесть «Гуттаперчевый мальчик». Дмитрий Васильевич Григорович рассказал о судьбе несчастного мальчика-сироты, который оказался в цирке. Мальчик выполнял акробатические трюки, он был тих и замкнут. Единственным, к кому главный герой испытывал доверие, был клоун, страдающий сильной алкогольной зависимостью. Он старался обходиться с мальчиком с теплотой, пытался радовать подарками, которые делал без повода.

Во время одного из выступлений юному акробату предстояло подняться на огромную высоту и перевернуться вверх ногами. Трюк должен был выполняться без страховки. Мальчик не смог удержаться на высоте и упал, сломав себе ребра и разбив грудную клетку. Представление было завершено. В эту же ночь клоун несколько раз подходил к уже мертвому телу мальчика - удар о пол оказался смертельным. Трогательное произведение по достоинству считается одним из лучших творений писателя, написанных за все время.

Скончался известный писатель 3 января 1900 года в возрасте 77 лет. Дмитрий Васильевич был похоронен в Санкт-Петербурге на Литераторских мостках Волковского кладбища.

Значение творчества писателя

Главным образом творчество Григоровича определялось его повестями «Антон-горемыка» и «Деревня». Произведения, рассказывающие о нелегкой судьбе крестьян, о трудностях, происходящих в жизни просто народа, стали известны на весь мир. Такие писатели, как Салтыков, Толстой и многие другие, открыто заявляли о том, что произведения Григоровича имеют огромное значение для всей русской культуры.

Именно Дмитрий Васильевич стал первым писателем-дворянином, который описывал жизнь простых людей в своих произведениях. Рассказывая читателям о бытовой жизни крестьян, Григоровичу удалось воспроизвести все житейские проблемы и трудности с достоверностью. Как уже позже отмечали литературные критики, ему удалось это сделать даже удачнее, чем Тургеневу. Произведения Григоровича были способны по-настоящему оставить незабываемое впечатление у читательской аудитории. Творчество писателя было запоминающимся. Он идеализировал крестьян, создавал добрые образы, описывал природу с тем обожанием, которое присуще только поклонникам своей родины.

Несмотря на все это, в 1860 году этот жанр литературы стал терять свое значение и актуальность. Новые взгляды, которые стали поддерживаться в обществе, исключали возможности печатания произведений Григоровича.

Общий вывод

Произведения Дмитрия Васильевича несут особое значение для русской литературы. Сегодня они могут рассказать читателям о многих аспектах жизни того времени. Кроме того, Григорович является уникальным писателем - он был одним из немногих, кто мог изображать трогательность быта с легким юмором. Сегодня литературоведы говорят о том, что Дмитрий Григорович - это русский Чарльз Диккенс.

Трогательные и одновременно ироничные произведения писателя уже не пользуются сегодня такой известностью, однако для тех, кто хочет понять историю Российского государства, произведения Дмитрия Васильевича имеют немаловажное значение.

Дмитрий Васильевич Григорович (1822 - 1899 гг.) - прозаик, переводчик.

Григорович родился в марте 1822 года, в городе Симбирске. Его отец, небогатый помещик, ушел из жизни, когда Дмитрий был еще ребенком - и потому его воспитанием занималась мама. Француженка по происхождению, она разговаривала исключительно на родном языке, так что все богатство русского языка маленький Дмитрий постигал у дворовых. Основное образование было получено им в частных московских пансионах.

В 1836 году Григорович поступает в Главное инженерное училище города Петербурга, где знакомится с Достоевским - знакомство переходит в дружбу. Однако Дмитрий, осознав, что его не привлекает офицерская карьера, в 1840 году оставляет училище и сдает экзамены в Академию художеств, которую, по прошествии времени, также покидает.

В 1842 году, начав служить в Дирекции императорских театров, Григорович сводит знакомство с литераторами. Спустя три года он активно сотрудничает при альманахе «Физиология Петербурга» с поэтом Некрасовым, публикует очерк «Петербургские шарманщики», который впоследствии высоко оценит Белинский.

Но реальная слава пришла к Дмитрию после написания повести «Антон Горемыка» - данное произведение получило одобрение в кругах критиков и писателей, а также сникало любовь читательской аудитории. С не меньшим интересом творческое общество встретило и последующие опусы Григоровича - «Проселочные дороги» и «Рыбаки».

Однако дальше популярность писателя пошла на спад - «Переселенцы» и «Пахарь» уже не вызвали такого восторга у поклонников Дмитрия, читательская публика ожидала несколько иного. Шедшая в то время борьба между революционными демократами и сторонниками «чистого» искусства не затронула Григоровича - он всячески старался быть как можно дальше от накала страстей.

В конце пятидесятых годов XIX столетия Дмитрий Васильевич, по приглашению Морского министерства, принимает участие в путешествии на военном судне, его впечатления от этой поездке излагаются в путевых заметках «Корабль Ретвизан».

В 1864 году в Обществе поощрения художников освобождается пост секретаря - им становится Григорович, протрудившийся на этом месте без малого двадцать лет. В 1883 году им была возобновлена литературная деятельность, в результате которой на свет появляется повесть «Гуттаперчевый мальчик», которую критики окрестили шедевральным произведением. Примерно тогда же Дмитрий работает над переводами, в частности, блестяще переводит повесть «Этрусская ваза» Проспера Мериме.

Последние годы жизни Григоровича были заполнены работой над «Литературными воспоминаниями», где он постарался максимально точно обрисовать портреты Толстого, Тургенева и других маститых писателей.

Обращаем Ваше внимание, что в биографии Григоровича Дмитрия Васильевича представлены самые основные моменты из жизни. В данной биографии могут быть упущены некоторые незначительные жизненные события.

) — 3.01.1900 (22.12.1899), Петербург), прозаик, переводчик, искусствовед.

Родом из дворянской семьи. Отец Григоровича, Василий Ильич в начале 1820-х гг. служил управляющим имениями графа Соллогуба в Симбирской губернии, затем приобрёл имение Дулебино в Каширском уезде Тульской губернии и стал помещиком. В 1820 г. В.И. Григорович женился на француженке Сидонии де Вармо(н), чья сводная сестра Камилла Ледантю была замужем за декабристом В.П. Ивашевым. Рано оставшись без отца, мальчик воспитывался матерью и бабушкой. В 1832-1833 гг. Григорович около полугода занимался в Московской гимназии, откуда мать перевела его в пансион Монигетти, где преподавание велось на французском языке и включало посещение рисовальных классов в Строгановском художественном училище. После кратковременного пребывания в 1836 г. в петербургском пансионе К.Ф. Костомарова, Григорович поступил в Петербургское Главное инженерное училище, где подружился с Ф.М. Достоевским, беседы с которым пробудили тягу к литературе и повлияли на его развитие. Военная карьера не привлекала Григоровича, и при первой возможности он покинул училище. В 1840 г. Григорович брал уроки живописи, занимался в Академии художеств, но также не завершил учёбу. Не увенчалась успехом и попытка Григоровича стать актёром. В 1842 г. он определился на службу в канцелярию Петербургского Большого театра. Общение с актёрами и драматургами побудило Григоровича самого заняться литературным творчеством. Он перевёл французские водевили «Наследство», «Шампанское и опиум», напечатал рассказы «Театральная карета» (1844), «Собачка» (1845), в которых давало себя знать подражание Н.В. Гоголю.

Благодаря своей общительности Д.В. Григорович завёл широкий круг знакомств, преимущественно в литературных кругах. В 1845 г. Н.А. Некрасов привлёк Григоровича к участию в издаваемом им альманахе «Физиология Петербурга». Д.В. Григорович очень ответственно отнёсся к этому сотрудничеству и на основе наблюдений за жизнью уличных музыкантов написал очерк «Петербургские шарманщики», получивший положительный отзыв В.Г. Белинского. Ободрённый успехом, Григорович создаёт новую повесть «Деревня» (1846), сильной стороной которой явилась резкая критика крепостничества, в условиях которого человеческая судьба и жизнь зависят от прихоти господина. Подлинную литературную славу Григоровичу принесла его вторая повесть «Антон Горемыка» (1847). Герой произведения, задавленный нуждой и произволом мужик, становится воплощением лучших качеств национального характера, самораскрытию которого мешает гнёт крепостного права.

В конце 1840-х - начале 1850-х гг. Д.В. Григорович публикует, преимущественно в «Современнике», ряд рассказов и очерков: «Четыре времени года», «Мать и дочь», «Прохожий», «Бобыль», «Капельмейстер Сусликов» и др. В дальнейшем Григорович приходит к мысли о необходимости создания большого художественного полотна. Своё понимание дворянской и народной России он выразил в романе «Просёлочные дороги» (1852). Взяв за образец «Мёртвые души» Н.В. Гоголя, Григорович создал «роман без интриги», где на первом плане находится галерея образов дворян-небокоптителей, которым противопоставлены энергичные и талантливые крепостные. Критика указала на растянутость и подражательность романа. Неудача не охладила Григоровича и в 1853 г. в «Современнике» появился его новый роман «Рыбаки», где автор усматривает подлинные живые силы нации в свободном от крепостной зависимости крестьянине. В последующие годы Григорович создаёт ряд произведений, в которых сюжет вновь строится на взаимоотношениях помещиков и крепостных. Это роман «Переселенцы» (1855), повесть «Пахарь» (1856), не завершённый роман «Два генерала» (1864). Ярким эпизодом в жизни писателя стало путешествие вокруг Европы на военном корабле «Ретвизан», совершённое по приглашению Морского министерства в 1858-1859 гг. По следам своего путешествия Григорович в «Морском сборнике» опубликовал серию очерков «Корабль «Ретвизан».

В дальнейшем в связи с обострением политической борьбы в России Григорович постепенно отходит от тех позиций, которые нашли выражение в его ранних произведениях. Революционно-демократические и народнические идеи Григоровичу были чужды. В середине 1860-х гг. он надолго оставляет литературу и выступает в печати лишь изредка, преимущественно как критик-искусствовед, ратуя за расширение образования художников, поддерживая прикладные виды искусств: «Несколько слов о поощрении художеств в России» (1863), «Прогулка по Эрмитажу» (1865, 1875), «Выставка учеников императорской Академии Художеств» (1875), «Очерки художественно-промышленного производства» (1886) и др.

Вновь к литературному творчеству Григорович возвратился только в начале 80-х гг. Его повесть «Гуттаперчевый мальчик» (1883), повествующая о несчастном жребии маленького акробата-сироты, была воспринята критикой как «маленький шедевр», вошла в классику русской детской литературы. Основной труд последних лет жизни Д.В. Григоровича - «Литературные воспоминания» (1892-1893), в них освещена литературная жизнь 40-50-х гг., очерчены выразительные образы молодого Ф.М. Достоевского, Н.А. Некрасова, И.С. Тургенева, А.В. Дружинина, Л.Н. Толстого, симбирянина и других литераторов того времени.

Дмитрий Васильевич Григорович умер в Петербурге 22 декабря 1899 г. (3 января 1900 г. по новому стилю), похоронен на Волковом кладбище. А.А. Плещеев, встречавшийся с Григоровичем незадолго до его кончины, писал, что «душа его» была всегда «среди его уцелевших друзей в литературных кружках».

Библиография:

// Русские писатели: биобиблиогр. словарь: в 2-х ч. Ч. 1: А-Л / под ред. П.А. Николаева. - М., 1990. - С. 225-228.

Григорович Дмитрий Васильевич // Русские писатели: 1800-1917: биограф. словарь: Т. 2: Г-К / гл. ред. П.А. Николаев. - М., 1992. - С. 28- 31: ил.

За красотой на "Ретвизане" / подгот. С.Б. Петров // Мономах. - 2008. - N 4. - С. 30-31: ил.
Путевые очерки писателя Д.В. Григоровича "Корабль "Ретвизан".


Материал № 4

Григорович , Дмитрий Васильевич

— известный писатель. Род. 19 марта 1822 г. в Симбирске. Отец его был помещик, отставной гусар; мать — француженка, дочь погибшего на гильотине во время террора роялиста де Вармона. Г. рано лишился отца, устроившего семью в Каширском у. Тульской губ., и вырос на руках матери и бабушки, которые дали ему чисто французское воспитание. 8 лет его отвезли в Москву, где он пробыл около 3 лет во французском же пансионе Монигетти, а в середине 30-х гг. поступил в СПб. инженерное училище. Его товарищами были здесь Достоевский, Тотлебен, Радецкий. К точным наукам, составлявшим главный предмет преподавания, Г. не имел ни малейшего призвания. Его влекло к себе искусство, и, кроме рисования, к которому у него был талант, он мало чем занимался в училище. Случай помог ему убедить мать позволить ему оставить учебное заведение, столь мало соответствовавшее всему складу его способностей. Гуляя раз по улице, он не заметил проезжавшего мимо вел. кн. Михаила Павловича и не отдал ему чести. Это повлекло за собою ряд трагикомических последствий, весьма забавно рассказанных в «Воспоминаниях» Г. Рассеянного кадета посадили на неопределенное время в карцер и только по болезни перевели на некоторое время в лазарет. Испуганная такими строгостями мать Г. поддалась после этого настояниям сына, и он променял инжен. уч. на акд. худож. Но и тут Г. оставался очень короткое время, потому что серьезного художественного дарования у него не было. К тому же его сильно начинала привлекать к себе литература. Еще будучи «кондуктором» инж. учил., он около 1841 г. познакомился с Некрасовым, в то время издававшим разные юмористические сборники: «Первое апреля», «Физиология Петербурга» и др. В них появились пробы пера молодого писателя — «Штука полотна» и «Петербургские шарманщики». Кроме того, он переводил разные книжки для Плюшара, писал небольшие очерки в «Литературной газете» и театральные фельетоны в «Северной пчеле». В конце 1846 г. была напечатана (в «Отеч. зап.") «Деревня», сразу давшая Г. литературное имя, а в 1847 г., в «Современнике — знаменитый «Антон Горемыка». За ним последовал ряд небольших повестей из петерб. жизни — «Капельмейстер Сусликов» (1848), «Похождения Накатова» (1849), «Свистулькин», «Школа гостеприимства» и др.; романы «Проселочные дороги» (1852) и «Два генерала» (1864), два романа из народной жизни — «Рыбаки» (1852) и «Переселенцы» (1855) и мн. др. В 1858—59 г. Г. по поручению морского м-ва совершил путешествие кругом Европы и описал его в ряде очерков, носящих общее заглавие «Корабль Ретвизан». В начале 60-х годов литературная деятельность Г. почти прекращается, и он в качестве секретаря общ. поощрения художеств всецело отдает себя делу споспешествования русскому искусству. Благодаря его энергии прекрасно организована при обществе рисовальная школа, в которой получают первоначальное художественное образование многие сотни учеников; его же стараниями устроен замечательный художественный музей при обществе, мастерские, библиотека и, наконец, пожалован обществу бывший дом градоначальника на Б. Морской. За долголетние труды по общ. Г. был пожалован чин ДСС и пожизненная пенсия. С середины 80-х гг. Г. снова берется за перо и пишет повести «Гуттаперчевый мальчик», «Акробаты благотворительности» и «Воспоминания» (1893). Кроме отдельных произведений, полные собр. соч. Г. были издаваемы в 1859 г., в 1872 г. и в 1890 г. (Н. Г. Мартыновым, в 10 т.).

Литературная деятельность Григорович а служит удивительно яркою иллюстрациею того почти стихийного влияния, которое оказывают на всякого писателя основные течения эпохи формирования его духовно-нравственного существа. Если мы, в самом деле, обратимся к недавно вышедшим «Воспоминаниям» Г., в которых он очень подробно знакомит нас с душевной жизнью первой половины своей деятельности, мы не преминем убедиться, что трудно было бы придумать человека, менее подходящего к тому, чтобы стать отцом русской «мужицкой» беллетристики. Полуфранцуз не только по крови, но и по воспитанию, Г. в ранней молодости настолько неудовлетворительно владел русским языком, что даже долго говорил с французским акцентом. Когда двадцати трех лет от роду он начал свою первую большую повесть «Деревня», ему страшно трудно было справиться с самым процессом подбора подходящих слов и выражений. Не менее любопытным фактом биографии Г. является и то, что он, в сущности, весьма мало знал деревню и народ. Отрочество и юность он провел в Москве и Петербурге, а наезды в деревню были и очень редки, и очень непродолжительны. Но самое главное — по всему складу своих вкусов и наклонностей Г. весьма мало подходил для роли выразителя той пламенной заботы о благе народа, которою характеризуется миросозерцание эпохи Белинского. Из тех же «Воспоминаний» видно, что всю свою жизнь он был типичнейшим «эстетиком», поклонником «чистой красоты» и т. д. Чтение его ограничивалось исключительно романами и повестями; не увлекался он, подобно большинству своих литературных сверстников, ни Гегелем, ни Фурье, ни французским движением, подготовившим 1848 г., ни вообще какими бы то ни было теоретическими вопросами. Но таково неотразимое действие идей, составляющих сущность эпохи, что они как бы носятся в воздухе и впитываются молодою душою почти инстинктивно. Достаточно было Г. сойтись с кружком братьев Бекетовых (химика и ботаника), где собиралось много хорошей молодежи, чтобы почувствовать, по собственному его выражению, все «легкомыслие» своего прежнего умственного строя, когда его «общественные вопросы нисколько не занимали». Ему стало больно «за отсталость», его охватило неудержимое желание написать что-нибудь серьезное — и он одно за другим пишет «Деревню» и «Антона Горемыку».

Этими двумя повестями определяется положение Г. в истории русской литературы. Значение первой из них — в том, что здесь «натуральная школа» впервые направила свое творчество на изображение народа в тесном смысле слова. До того литературная молодежь довольствовалась возбуждением симпатии к мелкому мещанству и бедному чиновничеству. Ниже она еще не опускалась. Г. первый посвятил целую повесть ежедневному быту самого серого простонародья — не того говорящего всегда шутками да прибаутками простонародья, которое фигурирует в повестях Даля, и не того «народа», который является в «Вечерах на хуторе близ Диканьки» окутанным в поэтическую дымку легенд и поверий, а народа во всей неприглядности его ежедневной обстановки. Жизненность, с которою в «Деревне» обрисован народный быт, была так необычна для того времени, что славянофилы, любившие народ только в проявлениях его величавости, усмотрели в повести Г. унижение народа. Но если «Деревня» имеет выдающееся значение как первая попытка новой русской литературы возбудить интерес к реальному народному быту, то еще несравненно большую важность имел «Антон Горемыка», где интерес перешел в самую горячую симпатию и где так рельефно обрисовано тягостное и бесправное положение крепостного крестьянина. «По прочтении этой трогательной повести, — говорил Белинский, — в голову читателя поневоле теснятся мысли грустные и важные». Сколько-нибудь определеннее великий критик и пламенный демократ не мог выразиться; но в те времена умели читать между строк, и «важные» мысли о крепостном праве действительно теснились в голове всякого читателя «Антона Горемыки», хотя прямого протеста в нем нет и быть не могло по цензурным условиям. Сам автор, правда, закончил повесть тем, что выведенные из терпения крестьяне поджигают дом ненавистного управляющего и его самого бросают в огонь. Но просвещеннейший из цензоров 40-х годов, Никитенко, переделал конец и совершенно несообразно с общим складом характера главного героя заставил его пристать к конокрадам и потом каяться миру перед отправлением в Сибирь. Скомканный и неестественный конец повести нимало, однако, не ослабил общего смысла повести, которая производила потрясающее впечатление. Историческое значение «Антона Горемыки», вообще, не меньше, чем «Записок Охотника». Уступая им в художественных достоинствах и в глубине народной психологии, «Антон Горемыка» яснее и непосредственнее обрисовывал ужасы крепостного права. Если возводить 19-ое февраля к его литературному генезису, то слезы, пролитые над «Антоном Горемыкой», занимают в нем такое же почетное место, как чувство глубокого уважения к народу, которое читателя «Записок Охотника» приводило к убеждению, что народ достоин свободы.

В «Деревне» и «Антоне Горемыке» Г. сразу достиг кульминационного пункта своего творчества. Талант по художественным достоинствам своим второстепенный, Г. только потому создал эти две перворазрядные по своему историческому значению вещи, что в них ему удалось уловить «момент» и заставить биться согласно с собственным сердцем сердца всего, что было в русском обществе хорошего и честного. Но стоило пройти «моменту», стоило общественному сознанию вступить в дальнейший фазис своего поступательного движения — и Г., ничуть не утратив основных свойств своего дарования, уже не мог идти в первых рядах. Все остальные многочисленные произведения Г. из народной жизни написаны с неослабевшею симпатиею к народу; но уже не было надобности возбуждать эту симпатию в читателе. Семена, брошенные «Антоном Горемыкой», взошли пышным цветом, и потому «Рыбаки», «Переселенцы» и др. уже мало кого волновали. Следует прибавить, впрочем, что и в чисто художественном отношении пространные народные романы Г. уступают первым его повестям. Правда, язык в них по-прежнему прост и естественен, прекрасные описания природы соответствуют действительности, фабула интересна, но в общем романы растянуты и страдают мелодраматизмом и искусственными эффектами. Упреки в «пейзанстве», т. е. в том, что российским незамысловатым мужичкам приданы Г. совершенно несвойственные им французско-романтические качества, в известной степени справедливы по отношению к большим его народным романам. Идеализации в них действительно немало.

Вне изображения народной жизни произведения Г. не представляют собою литературного интереса. Его «петербургские» повести, в которых обыкновенно фигурируют мелкие франты и люди, неудачно лезущие в знать, его натянуто-юмористические очерки и даже описание путешествия — все это, говоря кудреватым выражением Белинского, ничего не прибавилок «тоталитету» известности Г. Некоторое исключение составляет только позднейшая повесть Г. «Акробаты благотворительности», где верно схвачены типичные черты петербургской карьеристской филантропии.

С. Венгеров.

Григорович , Дмитрий Васильевич (дополнение к статье)

— писатель; умер в 1899 г.

Большой Энциклопедический словарь, изд. Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона (1890-1907 гг., 82+4 тт. [точнее - полутомов, но чаще всего указывается № полутома как том, например т. 54; правильнее томов 43, из них 2 дополнительных.])

Григорович , Дмитрий Васильевич

(Grigorovitch); известный русский писатель и романист; рисовальщик и гравер-любитель; род. 1822; прославился основанием громадного и ценного художественно-промышленного музея при Обществе Поощрения Художников. Его гравюры крепкой водкой:

1. Длинноносый мужичок.

2. Курильщик: «Д. Григорович , 1860 г.» — 3. Женщина кормит ребенка: «Д. Григорович , 1861 г."; все три копированы с офортов Корнелия Бега.

4. Маленький мост; копия с офорта Остада: «Д. Григорович 1861 г.". Во 2-х отпеч. крыло y второй (правой) утки увеличено**. — 5. Пейзаж: «С Дитриха. Д. Григорович , 1860 г.".

6. Водокачка (?). 2.6 х 4.4. — 7. Водяная мельница: «Д. Григорович посв. А. Е. Марину 1860». Ориг. офорт. 2 х 3.4.

8. Христос в терновом венце (поясной).

Ровинский Д. А., "Подробный словарь русских граверов XVI-XIX вв." (в 2-х тт., 1895)

Григорович , Дмитрий Васильевич

— видный представитель дворянской литературы 40-х гг. Начал литературную деятельность с вещей, писанных по заказу. Впервые обратил на себя внимание Белинского «физиологическим очерком» «Петербургские шарманщики» . Громкое литературное имя приобрел повестями из крестьянской жизни — «Деревня» и «Антон Горемыка» . За ними последовал ряд рассказов из народного быта — напрель «Четыре времени года» , «Мать и дочь» , «Смедовская долина» , «Пахарь» — и два романа — «Рыбаки» и «Переселенцы» . В начале 60-х гг., когда в редакции «Современника» произошел раскол между группой писателей-дворян и молодыми радикальными разночинцами, Г. был всецело с первой группой и вышел из «Современника». К Чернышевскому, лидеру радикалов, он относился с ненавистью. С 1864 Г. надолго совершенно замолкает, не находя точек соприкосновения с современностью, и уходит в работу по Обществу поощрения художеств, деятельным секретарем которого он оставался долгое время. В 80-е и 90-е гг. Г. напечатал несколько незначительных рассказов и довольно любопытные литературные воспоминания. Положение Г. в литературе целиком определяется его повестями «Деревня» и «Антон Горемыка». Их горячо приветствовал Белинский, об их большом значении для своего времени говорили Салтыков, Л. Толстой и др. Г. в этих произведениях явился основоположником дворянского народничества в литературе. У Г. значительно больше подлинного мужицкого быта, чем в одновременно выходивших «Записках охотника» Тургенева и у всех других его предшественников и современников. Крепостной крестьянин показан Г. не только со стороны своей способности к тонким человеческим чувствам, как у Тургенева, но и в своей ежедневной работе, в отношениях к кулаку, в грубой неприглядности своего быта. Сгущение мрачных красок в этих повестях Г. способствовало более цельному читательскому впечатлению. «Жаление» крепостного мужика, которым проникнуты повести Г., носит барский характер, что не исключает его искренности. В последующих рассказах и романах Г. из крестьянского быта чувствуется склонность к писанию идиллий, к сентиментальному изображению крестьянских добродетелей. В.;«Рыбаках» Г. дает идеальный образ крестьянина, явно определенный классовой позицией автора: для Григорович а здравый смысл крестьянина заключается в «безусловной покорности и полном примирении с скромной долей, определенной провидением». В том же романе, как и в некоторых других своих рассказах, Г. противопоставил крестьянскому жизненному укладу развивающийся фабричный быт. Он скорбит о разложении и деморализации, вносимых фабрикой в крестьянскую жизнь; типичный фабричный рабочий для Г. — совершенно отрицательное явление. Изобилие этнографического элемента в крестьянских произведениях Г. — народные обряды, обычаи, суеверия, песни и пр. — характерно для дворянского народничества той поры.